Премия Золотой колибри

История Елены и Камилы

Наша крошка Камила родилась на сроке 26 недель и 4 дня. Вес — 690 г, рост — 33 см. Сказать, что я была в шоке, — значит ничего не сказать. Никто до последнего не мог поверить и понять, почему так произошло. Да, во время беременности были разного рода проблемы, но почему всё случилось именно так, врачи так и не ответили. 11 ноября 2022 года я попала в больницу с подозрением на подтекание вод. Все тесты были отрицательные, но ужасно болел живот. По УЗИ — тонус, остальное всё в норме. 14 ноября живот стал болеть ещё сильнее. О том, что это схватки, я даже подумать не могла, хотя беременность была вторая. А потом всё как в тумане. В 13:00 на осмотре врач сказала: — Зайчик, ты рожаешь. А я ей в ответ: — Такого не может быть, нам ещё рано! У меня ПДР на 16 февраля. Меня перевели в родзал и стали готовить к родам. В 17:00, 14 ноября 2022 года, родилась наша Камила. Она появилась на свет сама, в пузыре. Как сказала врач, это был хороший знак — родилась «в рубашке». Но она не произнесла ни одного звука. Я помню, как позвонила мужу, и мы вдвоём плакали в трубку. Было больно и страшно. Врачи из реанимации сразу сказали, что ребёнок тяжёлый и шансов почти нет. Врождённая пневмония, анемия, высокий сахар, давление не держит сама. Весь набор, что может быть у глубоко недоношенного ребёнка. Но я верила! Я приходила к дочке и читала молитвы. Каждый день врачи ставили новые диагнозы. Я плакала в палате, а потом шла к доченьке, разговаривала с ней, говорила, что дома её ждут папа, старшая сестра, и она просто обязана поехать домой! Через неделю нас перевели в Перинатальный центр. Помню, как готовила мужа к первой встрече с Камилой — ей было тогда 10 дней. Он ответил: — Ты меня пугаешь, это же моя дочь. Но в реанимации он встал в ступор и заплакал. Никогда этого не забуду: он вышел и не мог говорить. Он не ожидал, что она такая маленькая, вся в трубках и проводах. Месяц нам никто не давал никаких прогнозов. Гемоглобин то приходил в норму, то снова падал. Было две гемотрансфузии. ВЖК 1 степени. Вроде пролечили сердце, она стала сама держать давление, прокололи гормоны, начали делать ингаляции — и снова проблема с сердцем вернулась. И так всё по кругу. Полтора месяца Камила провела в реанимации и всё это время была на ИВЛ. 27 декабря мне сказали, что нас переводят в палату интенсивной терапии. Это был для нас лучший новогодний подарок! Вроде всё потихоньку стало приходить в норму, но после осмотра окулиста мне сказали про ретинопатию — сразу 3 степень. После праздников сделали первую коагуляцию, увы, она не помогла. Потом была вторая. Очень долго Камила не могла начать самостоятельно дышать. Всё это время я была с ней рядом. Мы вместе провели в больнице 3 месяца. Было больно и стыдно перед старшей дочерью, что она не видела меня столько времени. Ей тоже нужна была мама. Но я не могла уехать из больницы домой, оставить Камилу там одну. Каждый раз, когда я слышала нашу фамилию от кого-то из персонала, сердце просто замирало. Я очень верила в доченьку, в то, что она сильная и справится. Читала молитвы. Все уже знали, что я их читаю без конца. Ещё в реанимации мы покрестили Камилу. Я ходила в церковь, ставила свечи. Да, тяжело. Особенно осознавать, что ты бессилен, что ничего не можешь сделать, чтобы твой ребёнок жил! Но наши детки очень сильные. Нас с Камилой выписали домой 14 февраля, когда ей исполнилось 3 месяца. Дальше тоже были проблемы — и с набором веса, и с лёгкими, и с неврологией. Сейчас нам почти 2 года. Ходит, бегает. Визуально чуть меньше своих ровесников. Из диагнозов — это зрение: должны выписать рецепт на очки. По неврологии — задержка предречевого развития, занимаемся этим. Пульмонолог снимает нас с учёта в 2 года. Я очень благодарна нашей малышке за то, что она научила нас ценить жизнь! Произошло переосмысление многого. Все детки — большие молодцы. И самое главное — наша вера в них! Я верю, что мы со всем справимся. Много слов, но спасибо всем, кто дочитал!